сегодня 24 июня, воскресенье. Но и это пройдет... Впрочем, я лгу.


Disclaimer · Новости · Отзывы · Ссылки ·
Контакты · Добровольные пожертвования

Мой дневник

Мой дневник





Поставьте к себе на сайт баннер:

Код:
<a href="http://alokis.com" title="Алеша Локис. Запретные влечения"><img src="http://alokis.com/Images/banner88x31a.gif" alt="Алеша Локис. Запретные влечения"></a>
еще варианты:









Мои друзья:
Нимфетомания

INFOBOX - хостинг php, mysql + бесплатный домен!

Русская эротика



Стилофилия

Е.Е., коллеге по.

Должен признаться, все предыдущие тексты я писал не столько от ума, сколько от сердца. Или, иначе, как бог на душу положит — без заранее определённого замысла.

Сегодня я впервые предлагаю вашему вниманию так называемое программное произведение (подсказка будущим локисоведам) — то есть произведение плановое, логически и последовательно выводящее на идейную магистраль моего скромного мысле- и слово- творчества, каковой она открывается мне и моим друзьям на сегодняшний день — 7 июля 2011 года.

Я хочу сказать, что рассказ этот является в некотором роде заказным. В том извращённом, зеркально-нарциссическом смысле, что я сам и заказал его себе, предварительно оговорив основную идею и назначив главных героев. Впрочем, второстепенных я тоже брал не с потолка. А из ящиков письменного стола, если угодно. Внутри текста вы встретите документальные свидетельства событий нашего недавнего прошлого — отдельных эпизодов бытия, сгинувших вместе с секундами минувших эпох. Однако есть в нём и то, что относится к эпохам, покуда ещё не наступившим.

Можно ли понимать сказанное, как то, что данное произведение стало продуктом чистого разума? Ни в коем случае. Ибо любое движение моего пера — смею думать, что вечного, — управляется сердечной мышцей: оно подчинено в первую очередь чувству, которое не может быть измышлённым по определению…



 2345

1

СТРАСТЬ

Человеческих слабостей не счесть. Одни уступают соблазну, балуя себя дымком тлеющей травки, иные — глотком-другим любимого бренди, третьи пускаются во все тяжкие, пользуя органы размножения представителей живой фауны, четвёртые фанатеют от футбола (преферанса, бильярда, блэк джека, рулетки — нужное подчеркнуть). Немало и таких, кто падок на всё перечисленное — мне ли вам рассказывать. Философы оправдывают свои страстишки, апеллируя к энергии космоса и даже намекая на интимную связь со Вселенной — чего только не говорят.

Подавляющее большинство граждан всенепременно что-нибудь коллекционируют — начиная с яхт по десятку миллионов нефтедолларов за штуку и кончая пивными крышечками, буквально подножными — хотя лучше сказать, начиная с крышечек и кончая яхтами. Впрочем, какая разница — важно не чем кончаешь, а от чего. Забегая вперёд, дам догадку: собирая что ни попадя, мы лелеем и утоляем свою патологическую жажду власти над сонмом верных подданных.

Нет возможности даже перечислить объекты, вызывающие наше вожделение: почтовые марки, спортивные автомобили, букинистические издания, оловянные солдатики, колокольчики, монеты и купюры, шляпки и галстуки, наручные часы и портсигары, цветные стёклышки и морские камушки, медные пуговицы и фарфоровые куклы, чемоданные наклейки и проездные билеты, автографы великих соотечественников и картины малых голландцев, сорта гладиолусов и хирургические инструменты, африканские маски и наконечники скифских стрел, курительные трубки и оттиски гербовых печатей — остановите меня, а то я никогда не кончу.

Я знавал солидного дяденьку, который коллекционировал трусики юных девственниц — добывал их с риском для жизни. Не говоря уже о репутации. И, между нами, чем труднее доставался собирателю очередной экземпляр, тем выше ценил он эту вещицу. Ощущаете привкус субъективного? Да и может ли вообще быть какая-то объективность в оценке уникального — когда тираж изделия равен единице! Нет, нет и ещё раз нет.

Пример. Допустим, вы коллекционируете пистолеты и револьверы. А что, вполне себе животрепещущая тема, не обязательно причём чисто мужская. И есть у вас уже кое-какое собраньице, пусть хотя бы всего несколько единиц. Но. Среди прочих хранится в ваших закромах маузер товарища Дзержинского — ну, допустим. Мало ли как вышло. Лежит — и всё тут. Радует вас своею воронёной сталью, невзирая на страшноватый, революционный её холодок. Металла то есть лютую стынь — вы ощущаете её, когда берёте экспонат в руки с целью протереть его специальной ветошью. Для этого якобы.

Но всё же, обслуживая собственно материальный объект, вы обслуживаете своё чувство обладания — погружаетесь, возможно, в состояние медитации, предполагающее некую сопричастность с судьбой этого самого предмета — не просто оружейной единицы за инвентарным номером таким-то, но единственного в своём роде маузера, из которого… Ну, дальше понятно: даже сам тот факт, что Железный Феликс сжимал железной своей ручищей железную эту рукоять, дорогого, как говорится, стоит. И в прямом смысле, и в переносном…

Моё витиеватое предисловие — суть попытка разобраться в самом себе, сформулировать причины, заставляющие меня заниматься этим порочнейшим делом, коллекционированием. А именно — фанатично собирать принадлежности для письма: авторучки, карандаши, перья, чернильницы et cetera. Эта премерзкая перверсия носит загадочное, едва ли не медицинское имя — stylophilia. Так что позвольте отрекомендоваться: такой-то и такой-то, стилофил со стажем.

Помнится, ещё в детстве, двенадцатилетним мальчиком часами простаивал я у витрин канцелярских магазинов — преимущественно в окружении девочек, таких же заживо зачарованных, — склонившись к вожделенным автоматическим ручкам. В те времена к нам завозили китайские и корейские, из благороднейшей пластмассы чёрного, красного и бежевого цветов; некоторые имели крохотную инкрустацию — позолоченный ромбик возле полуоткрытого пера, тоже позолоченного. Хотя назывался объект страсти, в обиходе и на ценниках, — авторучка с золотым пером.

Задним числом анализируя свои детские переживания от созерцания этих соблазнительных предметов, начинаю понимать: пишущий узел авторучки я подсознательно ассоциировал с девичьими гениталиями. Более поздние наблюдения укрепили эту связь — так, например, открывание колпачка означало для меня обнажение письки, которая могла оказаться более или менее открытой в зависимости от индивидуальной анатомии владелицы — её лобковой складочки (pubis plica) и выступающего наружу отростка страсти (clitoris) — в точности как закрытое, полуоткрытое и полностью открытое перо.

Вероятно, именно это и впечаталось в моё детское бессознательное там, у моей первой витрины письменных принадлежностей — то был импринтинг предмета сладострастия, лакомого и недоступного, наполнявшего мою детскую душу предчувствием оргазма. Более сильное ощущение я испытал потом лишь однажды, когда годы спустя опять оказался в толпе завороженных прелестниц и, находясь под волшебным наркозом объектов своего обожания, осмелился вложить пылающий от страсти палец во влажную ладошку одной из девочек, прошептав ей на ушко: повыше колена, пониже пупка висит авторучка и два пузырька… Школьница покраснела, но руку не отняла.

Возвращаясь в детские годы, добавлю: когда я ощущал на своих щеках горячее дыхание девочек нежного возраста — подозреваю, тоже возбужденных видом гладенького продолговатого предмета с округлым концом — это отзывалось во мне тревожным трепетом, воспламенённым их пошмыгиванием, перешептыванием и доносившимся до меня запахом тугих девчачьих косичек — всё это, вместе с ненаглядным стилом под витринным стеклом, сливалось внутри в реку могучего желания овладеть. Точка.

Чем мне предстояло овладеть, показало будущее. И, по ходу пьесы овладевая желанным — вожделенным до дрожи в членах — я не мог никогда насытить ту детскую жадность, что возникла в сердце маленького мальчика — неуёмное желание иметь в руках эту волшебную палочку — стило — магический инструмент для передачи мыслей на расстоянии. Мыслей и, главное, чувств.

Я скопил деньги — естественно, тайком — и купил ту авторучку — с золотым пером и трогательным ромбиком на лобке, изумительного алого цвета и округлой маленькой попкой. Она была Прекрасна. Она была настолько хороша, что я не рискнул бы показать её никому на свете — дабы ни с кем не делить наслаждение смотреть на неё, трогать, гладить, писать — это была самая взаправдашняя ревность: я хотел быть единственным её хозяином и любовником.

Глубокой ночью я вставал, запирался в туалете и, замирая от волнения, записывал очередную страничку в свой тайный дневник, который хранил в секретном месте с вложенной в него ручкой — она служила мне только для этой цели. Одной ей я доверял свои самые сокровенные мысли, о которых не осмеливался говорить вслух — она же, моя молчаливая возлюбленная, надёжно сберегала эти ночные исповеди. Пубертатные мои излияния, которые я без натяжки могу назвать поллюциями.

Не могло быть и речи, чтобы использовать предмет моей страсти в школе — там я писал самой обыкновенной школьной авторучкой, как все. Однако таким, как все, я уже не был — тайное владение волшебным стилом повышенной искренности делало меня иным. Эта инакость проступала наружу в виде этакого подросткового снобизма: да вы-то, придурки, ни о чём даже не подозреваете — а я могу о любом из вас так написать своей остроконечно алой ручкой — мало не покажется!


 2345

Disclaimer · Новости · Отзывы · Ссылки · Контакты · Добровольные пожертвования
Митя и Даша · Последняя жизнь · Чепухокку · Электрошок · Пазлы · Процедурная · Божья коровка · Лолка · Доля ангела · Эффект бабочки · Эбена маты · Андрей Тертый. Рождество · Хаус оф дед · Поцелуй Родена · Белые крысы · Маслята · Смайлики · Три смерти · Ехал поезд запоздалый · Гиперболоид инженера Яина · Стилофилия · Школьный роман · Родинка · Лихорадка Эбола · Красненькое оконце · Версия Дельшота
В оформлении использованы работы: САЛЛИ МАНН, ТРЕВОРА БРАУНА, ДЖОКА СТАРДЖЕСА, РЮКО АЗУМЫ, СИМЕНА ДЖОХАНА, МИХАЛЬ ЧЕЛБИН и других авторов, имена которых нам не известны, но мы будем признательны, если вы сообщите их в редакцию сайта.
Copyright © , 2008-2012.
При использовании текстов прямая активная ссылка на сайт обязательна.
Все права охраняются в соответствии с законодательством РФ.